Введение (Introduction). Для достижения национальных целей необходимо устойчивое и сбалансированное пространственное развитие территорий страны (Антонова, 2025). Диагностика и понимание состояния и динамики процессов регионального экономического роста способствуют обеспечению ориентиров территориальной политики (Авилова, Владыка, 2025; Szczepańska-Woszczyna et al., 2022).

Между экономиками и регионами сосуществуют долгосрочные дисбалансы и стадии устойчивого состояния (Манаева, 2025). Поэтому крайне важно изучать динамическую эволюцию региональных различий в развитии, тенденции конвергенции для понимания территориальных диспропорций, управления сбалансированностью и пропорциональностью экономического пространства (Deng, Song, 2025; Demidova, 2021).

Одной из современных концепций для описания региональной экономической динамики, объяснения межрегиональных различий является теория экономической конвергенции территорий (Дубовик, Дмитриев, 2023). Она также помогает прогнозировать будущие тенденции, обосновывать оптимальные организационно-экономические механизмы регионального развития для целей достижения сбалансированности пространства, сокращения межрегиональных диспропорций и повышения конкурентоспособности территорий страны (Feng et al., 2024).

Исследование процессов конвергенции регионов России необходимо для определения, наблюдается ли тенденция к выравниванию их уровней развития или, напротив, происходит рост межрегиональных различий (Антонова, Наумов, 2024).

Цельисследования (The aim of the work). Цель работы состоит в исследовании степени дифференциации и траекторий сбалансированного экономического роста регионов России на основе теории конвергенции.

Материалы и методы исследования (Materials and Methods). Материалами исследования послужили официальные данные Федеральной службы государственной статистики, представленные в серии статистических сборников «Регионы России. Социально‑экономические показатели» за период 2012–2025 гг.

Методом исследования послужила научная теория экономической конвергенции территорий, которая применяется на практике для анализа межрегиональных диспропорций. Эта концепция применена для изучения и объяснения тенденций сближения или расхождения уровней экономического развития регионов. В качестве параметра оценки степени конвергенции, дивергенции и дифференциации социально-экономического развития используется валовой региональный продукт на душу населения.

Для оценки однородности территорий по экономическому положению рассчитаны коэффициент соотношения ВРП на душу населения между регионом с наивысшим и регионом с наименьшим значением показателя, коэффициент вариации.

Результаты исследования и их обсуждение (Results and Discussion). В рамках неоклассической теории экономической конвергенции предполагается, что отстающие регионы имеют более высокую предельную производительность капитала из-за низкой капитализации, что должно приводить к более быстрым темпам роста их доходов и ВРП на душу населения (Taymaz, 2022). Следовательно, конвергенция подтверждается, если наблюдается процесс сближения экономических параметров регионов до определенного уровня, сведение различных экономик к единой траектории темпов роста (Дмитриев, 2024).

Отсутствие признаков конвергенции регионов по уровню социально‑экономического развития указывает на вероятность дивергенции, которая характеризуется расхождением, усилением различий между состоянием отдельных территорий, их экономическими моделями, структурами и механизмами (Владыка, Михайленко, 2024).

Для целей эмпирической оценки степени экономической конвергенции территорий страны рассмотрим уровни и динамику валового регионального продукта на душу населения в регионах России с самыми низкими значениями показателя, которые в последствии необходимо будет сравнить с аналогичными параметрами по регионам-лидерам (рис. 1).

Рис. 1. Динамика ВРП на душу населения в регионах России с наименьшими значениями показателя

(составлено автором по данным Росстата)

Fig. 1. Dynamics of GRP per capita in Russia's regions with the lowest values of the indicator

(compiled by the author based on Rosstat data)

Динамика валового регионального продукта на душу населения в регионах России с наименьшими значениями этого показателя в период с 2011 по 2023 год имела положительную тенденцию. Среди таких регионов можно выделить Республику Ингушетию, Чеченскую Республику, Карачаево-Черкесская Республику, Республику Дагестан, Республику Тыва и др.

Траектории подушевых доходов в регионах с наименьшими значениями показателя в 2011-2023 гг. свидетельствуют об устойчивом экономическом росте. Эти территории развиваются по стабильному сценарию, обусловленному локальными факторами, неизменно достигая более высокого стационарного состояния.

Для сопоставления и выявления факта выравнивания или расхождения доходов в регионах России рассмотрим динамику ВРП на душу населения в территориях-лидерах (рис. 2).

Рис. 2. Динамика ВРП на душу населения в регионах России с наиболее высокими значениями показателя

(составлено автором по данным Росстата)

Fig. 2. Dynamics of GRP per capita in Russia's regions with the highest values of the indicator

(compiled by the author based on Rosstat data)

С 2011 по 2023 год самые высокие показатели ВРП на душу населения в России зафиксированы в Москве и в автономных округах с развитой добывающей промышленностью (Ненецкий, Ямало-Ненецкий, Ханты-Мансийский), а также Чукотский автономный округ и Сахалинская область. Эти регионы демонстрировали высокие показатели, благодаря концентрации ресурсно-интенсивных отраслей, малой численности населения и масштабной индустриальной экспансии. В регионах-лидерах по ВРП на одного жителя наблюдалось поступательное увеличение показателя в исследуемом периоде.

Чтобы выявить наличие или отсутствие экономической конвергенции территорий страны представим динамику валового регионального продукта на душу населения в регионах России с наиболее высокими и наименьшими значениями показателя на одном графике (рис. 3).

Рис. 3. Динамика ВРП на душу населения в регионах России с наиболее высокими и наименьшими значениями показателя (составлено автором по данным Росстата)

Fig. 3. Dynamics of GRP per capita in Russia's regions with the highest and lowest values

(compiled by the author based on Rosstat data)

Траектории ВРП на душу населения показали, что тенденции изменения данного показателя в регионах‑лидерах и в регионах с наихудшими экономическими результатами оказались сопоставимы, территориальные системы страны не сближались и не выравнивались по уровню доходов. Это не подтверждает гипотезу о конвергенции (сближении) их экономических показателей.

Существенный разрыв, отраженный в величинах коэффициента соотношения ВРП на душу населения между лидером и аутсайдером (от 39,17 (2020 г.) до 72,58 (2022 г.), обусловлен объективными факторами регионального развития, такими как концентрация добывающей промышленности в отдельных субъектах и демографическая нагрузка в других. Соответственно, отстающие по уровню подушевых доходов территории имеют ограниченные возможности догоняющего роста в перспективе и не могут быстро сократить отставание без целенаправленной государственной поддержки.

Для измерения конвергенции экономического развития регионов России также рассмотрим значения коэффициента вариации российских регионов по показателю ВРП на душу населения, который является статистическим показателем, измеряющим степень неоднородности распределения этого показателя (табл. 1).

Рис. 4. Динамика значений коэффициента вариации российских регионов по показателю ВРП на душу населения в 2011-2023 гг., % (составлено автором по данным Росстата)

Fig. Dynamics of the coefficient of variation of Russian regions by GRP per capita in 2011-2023, %

(compiled by the author based on Rosstat data)

По данным за 2011–2023 гг. коэффициент вариации по ВРП на душу населения между регионами России находился в диапазоне 80,89–87,59%, что однозначно указывает на высокую степень неоднородности территорий по уровню экономического развития, отражает устойчивый характер неравенства, свидетельствует об отсутствии процессов сближения по уровню социально-экономического развития.

Уровень 80,89–87,59% означает, что разброс показателей ВРП на душу населения в 2–2,5 раза превышает среднюю величину по стране, свидетельствует об отсутствии конвергенции, указывает на сохранение «полюсов» развития. Высокий коэффициент вариации обусловлен наличием регионов-«локомотивов» (Москва, нефтегазовые регионы), депрессивных регионов (республики Северного Кавказа, некоторые регионы Сибири и Дальнего Востока).

Таким образом, темпы роста ВРП на одного жителя в регионах с наименьшими значениями не превышали динамику лидирующих субъектов, что свидетельствует об отсутствии эмпирического факта экономической конвергенции.

Следовательно, отстающие территории в рассматриваемом периоде не демонстрировали догоняющий рост в силу недостаточного задействования факторов высокой отдачи от капиталовложений, передачи технологий от развитых регионов, мобильности рабочей силы, эффекта «низкой базы» (когда даже небольшие инвестиции дают заметный прирост).

К факторам, препятствующим конвергенции в регионах РФ, следует отнести: концентрацию ресурсов в «полюсах роста», ограниченную мобильность рабочей силы, неравномерное распределение инвестиций, слабую передачу технологий, институциональные барьеры, демографические диспропорции, зависимость от федеральных трансфертов, транспортную удаленность и инфраструктурные ограничения. Решение проблем относительно названных детерминант позволит задействовать потенциал конвергенции и достичь сближения регионов страны по уровню социально-экономического развития в будущем.

Перспективы экономической конвергенции регионов России остаются неоднозначными и зависят от множества факторов. С одной стороны, существуют механизмы и инструменты, которые могут способствовать сближению уровней развития территорий. С другой – сохраняются глубокие структурные различия между регионами, а также ряд системных проблем, затрудняющих этот процесс.

Заключение (Conclusions). Эмпирическая оценка и интерпретация данных о территориальных доходах позволяют констатировать, что сближение регионов страны по уровню социально-экономического положения и догоняющее развитие не имели место в исследуемом периоде. Отсутствие признаков конвергенции доказывается схожестью динамики валового регионального продукта в расчете на одного жителя в разных субъектах РФ. Анализ изменений значений ВРП на душу населения за 2011-2023 гг. выявил сходные траектории роста в регионах с максимальными и минимальными значениями показателя, что свидетельствует о сохранении межрегиональной дифференциации.

Стабильно высокие значения коэффициента вариации ВРП на душу населения за 2011-2023 гг. подтверждают глубокую и устойчивую дифференциацию регионов России по уровню экономического развития. Это свидетельствует об отсутствии конвергенции и требует целенаправленной региональной политики для снижения межрегионального неравенства.

Высокий уровень дифференциации, фиксируемый через коэффициент соотношения ВРП на душу населения в регионах с наиболее высоким и минимальным значением показателя, имеет объективную природу и связан с исторически сложившейся специализацией регионов и неравномерным распределением экономических активов. Поэтому в ближайшей перспективе значительная экономическая конвергенция регионов России не ожидается. Возможное сокращение разрыва в уровне жизни между бедными и богатыми регионами в будущем зависит от эффективности экономической политики и внешних факторов.

Результаты исследования могут быть применены для оценки эффективности государственной политики, обоснования управленческих решений, разработки стратегий регионального развития.

Информация о конфликте интересов: автор не имеет конфликта интересов для декларации.

Conflicts of Interest: the author has no conflict of interests to declare.